№ 1

Известные специалисты по Ближнему Востоку, Дэвид Леш и Джеймс Гелвин, анализируют на страницах ведущей американской газеты «The New York Times» ситуацию в Сирии после освобождения Алеппо.
 
 
«Теперь, когда силы, поддерживающие сирийское правительство, завершили захват Алеппо, а Россия, Турция и Иран договорились о шатком прекращении огня, велика вероятность того, что президент Башар Асад и режим, за которым он надзирает, продолжат править Сирией — в той или иной форме. В интервью французским средствам массовой информации, опубликованном на прошлой неделе, г-н Асад заявил, что Алеппо представляет собой “переломный момент в ходе войны” и что правительство находится “на пути к победе”.
Но если все так и есть, то что же, на самом деле, выиграл г-н Асад?
Давайте взглянем на цифры (Приводимые статистические данные являются оценочными, и они, вероятнее всего, будут ухудшаться при сохранении существующей матрицы войны в Сирии.) Более 80% сирийцев живут за чертой бедности. По данным составленного в 2016 г. доклада, почти 70% сирийцев живут в условиях чрезвычайной бедности, и это означает, что они не в состоянии удовлетворить свои основные потребности. Приведенные показатели, вероятнее всего, увеличились с момента проведения данного исследования. Уровень безработицы приближается к 58%, и при этом значительное количество людей участвуют в качестве контрабандистов, боевиков или кого-то еще в экономике войны.
Средняя продолжительность жизни снизилась на 20 лет после начала восстания в 2011 г. Около половины детей не посещают школу — это потерянное поколение. В стране произошла катастрофа с государственной системой здравоохранения. Находившиеся ранее под контролем такие болезни, как тиф, туберкулез, гепатит А и холера, вновь приобрели эндемический характер. А полиомиелит — ранее он был искоренен в Сирии — вновь получил распространение, и, скорее всего, переносчиками его стали боевики из Афганистана и Пакистана.
Свыше 500 тыс. человек погибли в результате войны, и, кроме того, большое количество людей умерли от последствий нынешнего конфликта (это цена за разрушенные больницы, преследования профессионалов в области здравоохранения, а также использования голода в качестве оружия). Более 2 млн жителей страны получили ранения, то есть 11,5% от довоенной численности населения. Кроме того, более половины населения Сирии стали перемещенными лицами и находятся сегодня либо внутри страны, либо за ее пределами. По данным проведенного в 2015 г. Управлением ООН по делам беженцев исследования, предметом которого стали сирийские беженцы в Греции, значительное число взрослых людей — 86% — имели среднее или университетское образование. Большинство из них были младше 35 лет. Это означает — если данные верны, — что Сирия теряет именно тех людей, в которых она больше всего нуждается, если еще сохраняется хоть какая-то надежда на восстановление в будущем.
Стоимость восстановления страны будет астрономической. По данным проведенного в марте 2016 г. исследования, общие экономические потери в результате конфликта составили 275 млрд долларов, тогда как промышленность на всей территории страны уничтожена. К этому следует добавить расходы на восстановление инфраструктуры, которые, по оценке Международного валютного фонда, составят от 180 до 200 млрд долларов. Восстановление страны потребует особой щедрости от международного сообщества, однако нет никаких оснований верить в то, что другие страны захотят вознаградить г-на Асада за проявленную им чрезвычайную жестокость в отношении противоположной стороны. Его союзники, Россия и Иран, имеют собственные экономические проблемы, и вряд ли стоит ожидать от них значительной помощи.
Чтобы выжить, сирийский режим вынужден в очень высокой степени полагаться на российские и иранские силы, а также на таких опосредованных союзников, как “Хезболла”. Это не Сирийская Арабская Армия вновь овладела Алеппо. На самом деле, сирийская армия из-за географии страны и боевых потерь рассредоточена столь тонким слоем, что в прошлом месяце она утратила контроль над большей частью города Пальмира (вновь) и уступила его ИГИЛ, а проправительственные силы были вынуждены сдвинуться на север. И, хотя г-н Асад сохраняет некоторую независимость, Москва, Тегеран и даже лидер “Хезболлы” Хасан Насралла будет во многом определять то, что будет происходить в процессе продвижения Дамаска вперед. Асад будет вынужден не только слушать своих патронов, то и, вероятно, сопротивляться их давлению, когда они будут призывать его уйти в отставку в 2021 г. в конце своего президентского срока.
И, наконец, следует сказать, что сражение еще далеко не закончено. Ни правительство г-на Асада, ни повстанцы, с которыми он борется, еще не достигли своих целей. Оппозиция больше не способна свергнуть существующий режим, однако повстанческая борьба со стороны вооруженной оппозиции почти гарантирована, и ее будут поддерживать такие ее региональные патроны как Саудовская Аравия, которая ни в коем случае не хочет стать свидетелем полной победы своего соперника Ирана. И по самой своей природе повстанческая борьба требует значительно меньше государственной поддержки, чем оппозиционные силы, пытающиеся удерживать территорию и управлять ею. Г-н Асад тогда увидит то, что бывший спецпосланник ООН по Сирии Лахдар Брахими называл «сомализацией» Сирии. Г-н Асад будет возглавлять правительство, которое — как и в Сомали — будет править, но не управлять всей страной. Вместо этого различные силы — правительство, оппозиция, ополчение, курдское ополчение, очаги ИГИЛ — будут контролировать отдельные части территории.
А как г-н Асад будет управлять оставшейся частью государства? Существовавшие ранее патронажные сети уничтожены и заменены полунезависимыми военными правителями, ополченцами или местными структурами управления. Это относится даже к тем территориям, находящимся под контролем государства, где поддерживающие режим ополченцы и сохранившие лояльность группировки будут ожидать вознаграждения.
Сирийское руководство, на самом деле, сильно недооценивает то, насколько население страны в целом отдалилось от него. Сирийцы в течение многих лет в значительной мере полагались только на самих себя в том, что касается жизни, выживания и управления. Было бы большим заблуждением для режима полагать, что он может хоть в какой-то мере приблизиться к той ситуации, которая существовала до начала конфликта.
Сирийское правительство может иметь представителя в Организации Объединенных Наций, может иметь посольства в некоторых странах, оно может выдавать паспорта и печатать валюту, но трудно назвать эту страну государством. Контроль, власть и легитимность г-на Асада оказались существенным образом ограничены независимо от того, знает ли он и его сторонники об этом или нет. Г-н Асад будет вынужден находиться в зависимости от продолжающейся масштабной помощи извне, если он хочет восстановить — хотя бы частично — то, чем была раньше Сирия. Это ему придется подстраивать свою политическую систему под новую реальность, а не наоборот».
 
 
№ 2
 
Последние события в Сирии в контексте интересов Израиля — центральная тема статьи Ульриха Шмида, опубликованной в одной из ведущих швейцарских газет «Neue Zuercher Zeitung».
 
 
«Дамаск отделяет от израильской границы около 50 км. В прошлом Сирия постоянно нападала на Израиль. Отец Асада Хафез участвовал в Шестидневной войне и Войне Судного дня, а возвращение контроля над Голанскими высотами по-прежнему остается стратегической целью Сирии. При этом Иерусалиму всегда неплохо жилось при Башаре Асаде. Особенно после второй Ливанской войны 2006 г., когда ситуация на Северном фронте оставалась в целом спокойной. Израильские политики постоянно резко высказывались в адрес Асада, но принимали его наличие как данность. Поэтому войну в Сирии они восприняли с озабоченностью — что будет после Асада? Любая реалистичная альтернатива представлялась им еще хуже, чем нынешний тиран. Больше всего в Иерусалиме боятся полного хаоса в соседней стране или прихода к власти суннитов-салафитов.
По этой причине Израиль особо не возражал против поддержки, которую Путин оказывал Асаду. Напротив, Нетаньяху весьма прагматично вел консультации с Москвой относительно мер по предотвращению нежелательных инцидентов в воздушном пространстве».
«Вместе с тем, несмотря на договоренности, присутствие русских в Сирии непосредственно влияет на безоговорочно самые сильные ВВС во всем Восточном Средиземноморье. Насколько долго Израиль сможет еще беспрепятственно действовать в Сирии? Несколько дней назад сирийские официальные СМИ сообщили, что Израиль атаковал военный аэродром под Дамаском. При этом был нанесен материальный урон, но человеческих жертв удалось избежать. Предположительно, целью данной операции было оказать поддержку действующим на территории Сирии суннитским “террористическим группировкам” и поднять их моральный дух. В Израиле эту атаку, как водится, оставили без комментариев.
Поначалу новость показалась вполне рутинной — ведь Израиль постоянно обстреливает лагеря, позиции и конвои группировки “Хезболла”. Однако удар по Дамаску не был обычным, потому что при этом были использованы не боевые самолеты, а ракеты “земля-земля”. Почему Израиль сделал выбор в пользу этого дорогостоящего варианта? Ведь бомбы имеют меньшую точность, но при этом стоят дешевле ракет. До сих пор для таких ударов почти всегда применялись самолеты.
Военные эксперты предполагают, что выбор в пользу ракет был сделан из-за русских. Влияние Москвы на регион растет изо дня в день. В конце лета русские начали операцию по усилению своих систем ПВО водного базирования в порту Тартус ракетами “земля-воздух” типа С-300 и С-400. Радиус их действия достигает 380 км, так что они покрывают не только западную часть Сирии и всю территорию Ливана, но и значительную часть Израиля. Если бы в воздух поднялись израильские самолеты с целью атаки на аэропорт под Дамаском, то они с большой вероятностью были бы замечены. Русские предупредили бы об этом своих сирийских союзников, а те обязательно постарались бы сбить израильские самолеты. Это означало бы непосредственное вмешательство России в этот двусторонний конфликт. И тем самым возник бы риск большой напряженности между Москвой и Израилем».
«Судя по всему, русские принимают участие в этой игре израильтян. Москва сохранила молчание и никак не прокомментировала израильскую атаку на сирийский аэродром. По сути, русские позволили израильтянам бомбардировать своих союзников из “Хезболлы”. Что же касается долгосрочных планов русских, то они неизвестны никому, в том числе и Израилю. Слова Путина не значат ничего. В марте прошлого года он распорядился начать отвод российских сил из Сирии, потому что операция в этой стране в значительной степени достигла своих целей. Однако между делом об этом все уже успели позабыть. В Иерусалиме не сомневаются, что глава Кремля имеет большие амбиции. Военные специалисты утверждают, что войска Асада, взявшие при поддержке со стороны России под свой контроль Алеппо, собираются захватить и провинцию Идлиб. После этого решится, что будет с Ливаном. Израильтянам понятно, что русские собираются с помощью Асада расширить собственную сферу влияния на весь регион и, в особенности, на Ливан».
«Тем не менее, в Израиле ощущают уверенность в себе. Как бы ни закончилась война в Сирии и что бы ни сделали русские, никто не верит в вероятность конфликта между Иерусалимом и Москвой. Иерусалим интересует, в первую очередь, отношение Москвы к “Хезболле”. Иран заинтересован в том, чтобы Асад остался у власти, а “Хезболла” является “креатурой” иранцев: собственно, можно было бы предположить, что это станет хорошей базой для безоблачных отношений. Однако не всё так просто. Русских и шиитских “воинов Аллаха” нельзя назвать естественными друзьями. Путин боится мусульманского фанатизма в любых его проявлениях. Но на поле боя происходит сближение.
В Израиле считают, что “Хезболла” уже сейчас получает указания из Москвы. С большим напряжением в штаб-квартире израильских вооруженных сил в Тель-Авиве смотрели недавнее выступление шейха Хассана Насраллы. Командир “Хезболлы” казался рассеянным и подавленным. Он ни разу не упомянул об израильской атаке на аэродром под Дамаском и даже воздержался от оскорблений в адрес Нетаньяху, Либермана или главы израильского генштаба Гади Эйзенкота. Всего несколько месяцев назад он не мог отказать себе в этом удовольствии. В Израиле поняли: если Путин молчит, то и Насралле приходится придерживать язык».
«Тем не менее, нельзя сказать, что Израиль с легкостью принимает такое развитие ситуации. Если победит Асад, то у “Хезболлы” вновь будут развязаны руки, чтобы действовать против Израиля. Для Насраллы это было бы облегчением. По оценке израильтян, “Хезболла” уже на данный момент потеряла в Сирии более двух тысяч бойцов.
Воодушевление по поводу этой войны испаряется в Ливане буквально на глазах — а Насралле приходится объясняться, почему его бойцы убивают мусульман, а не евреев. Многие аналитики в Иерусалиме считают, что “Хезболла” многому научилась в Сирии и ждет не дождется возможности применить свои новые умения против евреев. Другие предполагают, что этому помешает усталость “Хезболлы” от войны. Третьи думают, что Россия, когда война в Сирии рано или поздно закончится, будет иметь достаточное влияние в регионе, чтобы договориться с “Хезболлой” о том, что дозволено, а что нет. И если это действительно так, то усиление позиций России в Восточном Средиземноморье может оказаться благом для Израиля».
 
 
№ 3
 
Фейсал Аль-Касем представил на портале египетского сетевого издания «klmty.net» свой ответ на вопрос, разрушает ли Россия «шиитский полумесяц» в Сирии?
 
 
«Это правда, что Россия не может питать враждебные чувства к Ирану. Русские считают Иран важной составляющей своего заветного проекта, известного как “Евразия”, который Россия стремится реализовать в качестве противовеса Западу. Как становится понятно из названия проекта, он представляет собой объединение некоторых европейских и азиатских стран в единый блок для противостояния западному блоку. Нет никаких сомнений в том, что русские рассчитывают на Иран в этом проекте, к реализации которого президент России Владимир Путин стремился с момента прихода к власти в 2000 г. Достаточно вспомнить объем военного сотрудничества, а также сотрудничества в нефтегазовой сфере между Россией и Ираном в течение последних лет, а также постоянную координацию этих двух сил против планов Запада. Однако, это совсем не означает, что в отношениях между сторонами все гладко. Совсем нет. Сирия может стать камнем преткновения между иранцами и русскими.
Ни для кого не секрет, что вопрос Сирии является важным для иранского проекта в регионе. В течение многих десятилетий иранцы инвестировали в Сирию в политическом, экономическом, культурном и религиозном планах. Их инвестиции, а вместе с ними и внедрение в Сирию возросли с приходом к власти президента Сирии Башара Асада. В отличие от своего отца, Хафеза аль-Асада, которого иранцы характеризовали как “большую гору”, которая ограничивала проникновение в Сирию, Башар дал им полную свободу действий так, что сейчас они стали сильнее, чем сам режим в Сирии после того, как тот режим потерял свою безопасность, военную и экономическую мощь. Теперь сирийский президент для иранцев — просто пешка в руках иранского правителя. Таким образом, Иран вложил многое в Сирию, которая после Ирака формирует опору так называемого “шиитского полумесяца”, которого опасался король Иордании Абдалла II в 2004 г.
Не влияет ли вмешательство России столь ужасным образом на проект шиитского полумесяца в регионе? Вопрос, который, несомненно, должен быть поставлен. И даже если Россия и Иран единодушны в евразийском проекте и интересы стран вовсе не пересекаются, то в некоторых вопросах, напротив, противоречия достигают предельной отметки. Без сомнения, Сирия представляет собой серьезную проблему для отношений Ирана и России.
Тон, в котором российские официальные лица говорят о присутствии Ирана в Сирии, явно указывает на взаимное противоречие интересов между русскими и иранцами на этой территории.
Некоторые российские официальные лица говорят на закрытых заседаниях: “Иранцы выйдут из Сирии ни с чем”. Когда мы слышим столь сильные заявления, это прямое указание на то, что конфликт между сторонами в Сирии уже начался. На днях я спросил российского чиновника: “Если вы считаете себя сверхдержавой, хотите создать новую международную систему и выбить почву из-под ног Америки в мире, то почему вы не в состоянии контролировать иранские вооруженные формирования в Сирии в соответствии с соглашением о прекращении огня?”. Ответ чиновника был такой: “Покажите нам хотя бы одно иранское формирование в любом районе Алеппо. Все они за пределами Алеппо, ни с чем. Кто контролирует территорию Алеппо в настоящее время, так это силы чеченской полиции, которые арестовывают даже шабиха (военизированные проправительственные формирования, боевики. — Пер.)”.
Вышесказанное подтверждает тот факт, что во время похорон бывшего президента Ирана Хашеми Рафсанджани иранские студенты напали на посольство России в Тегеране, назвав посольство шпионским логовом. Внезапно Россия стала для Ирана большим дьяволом, чем тот, которым не так давно еще была для него Америка. Как известно, у иранских демонстрантов не было возможности напасть на посольство РФ в Тегеране спонтанно. Во всех случаях демонстранты — это просто служащие КСИР (Корпус Стражей Иранской Революции — элитное подразделение вооруженных сил Ирана. — Пер.), который не только дает им директивы и отдает приказы, но даже предоставляет лозунги, которые они выкрикивают во время демонстраций. Обострение разногласий между иранцами и русскими стало очевидным и более не может быть скрыто за дипломатическими заявлениями.
Не будем забывать о недавнем заявлении командующего КСИР, когда он сказал дословно: “Битва за Алеппо составляет первую линию защиты иранской исламской революции”. Слова, которые были произнесены сразу же после отправки в город чеченских сил и изгнания из него иранских вооруженных формирований. Данное заявление было посланием Ирана к России, а не к какой-либо другой стороне в конфликте. А как забыть приказы, которые Иран отдавал ливанской группировке Хезболла, чтобы воспрепятствовать русской делегации войти в район Вади Барада несколько дней назад? Не является ли подобное действие явной иранской реакцией на позицию России?
Нет никаких сомнений в том, что большинство сирийцев, арабов и даже сам сирийский режим предпочли российское влияние иранскому. И нет сомнений в том, что многие стороны поддержат русских в противостоянии с иранцами. Не приходится сомневаться и в том, что с этого момента иранцы столкнутся с серьезными нарастающими проблемами в Сирии, в отличие от Ирака, тем более, что большинство сирийского народа — сунниты, имеющие закоренелую вражду с шиитским мазхабом, распространенным в Иране. Даже сирийские алавиты, рассчитывающие на шиитов, выступают против иранского влияния и предпочитают светское влияние русских. Тем более что алавиты представляют собой светскую либеральную секту, которая категорически отвергает религиозный экстремизм, который Иран, в свою очередь, пытается им навязать. Пошли ли иранские инвестиции в Сирии насмарку? Произойдет ли эскалация конфликта между Ираном и Россией в Сирии в ближайшее время или влияние в Сирии будет поделено между сторонами? Станет ли Сирия крахом для проекта “шиитского полумесяца” после того, как оказалась под российским руководством и в свете того, что новый президент США пригрозил положить Ирану конец? Смогут ли русские вывести Сирию из лап персидского проекта? Или иранское влияние на территории Сирии является очень сильным, в то время как влияние России незначительно и имеет исключительно политический характер? Разве Иран не одержал победу над американцами в Ираке благодаря своей военной мощи и религиозной власти на земле, и что говорить о русских, которые в Сирии очень уязвимы?
 
 
№ 4
 
Дана Абизаид опубликовала в ведущем американском аналитическом издании «The National Interest» статью, в которой проанализировала ситуацию в Узбекистане и Киргизии в контексте проблемы интенсивной вербовки в этих странах сторонников ИГИЛ.
 
 
Боевики ИГИЛ из Центральной Азии причастны к терактам в стамбульском аэропорту им. Ататюрка и к нападениям на ночной клуб в этом городе. Атаку в аэропорту осуществили чеченец, киргиз и узбек, предположительно прошедшие подготовку в ИГИЛ. В настоящее время турецкие власти подозревают, что киргиз или узбек устроил стрельбу на Новый Год в ночном клубе Reina. Ответственность за теракт взяло на себя “Исламское государство”, объявившее войну Турции. Сейчас невозможно точно установить, сколько киргизов, узбеков и жителей других стран Центральной Азии воюют в рядах ИГИЛ в Турции и Сирии, однако The Diplomat сообщает, что их в основном используют для осуществления терактов в качестве подрывников-самоубийц.
Поскольку западная пресса не балует вниманием страны Центральной Азии, читателю трудно провести прямую связь между ИГИЛ, которое преимущественно является арабским движением, и тюркскими народами советской в прошлом Центральной Азии. Вербуя узбеков и киргизов для осуществления терактов в Турции, ИГИЛ пользуется тем преимуществом, что у них с турками есть общие языковые и культурные черты, и в турецкое общество они вписываются органичнее, чем арабы. Из-за таких особенностей, а также из-за бурной истории этих стран после распада Советского Союза в 1991 г. Центральная Азия стала благодатной почвой для вербовщиков из ИГИЛ.
Распад Советского Союза привел к последней фазе гражданской войны в Афганистане и к началу конфликта в Таджикистане. Эти боевые действия породили талибов и менее известное Исламское движение Узбекистана (ИДУ). ИДУ заявило о том, что его цель — сместить режим Каримова в Узбекистане и установить исламский халифат с центром в Ферганской долине. Чтобы снизить эффективность усиливавшегося ИДУ, государства Центральной Азии Казахстан, Киргизия, Узбекистан, Таджикистан и Туркмения ограничили перемещения людей между республиками, введя визы. Но это не остановило Исламское движение Узбекистана, которое в 1999—2000 гг. осуществляло опасные набеги на Киргизию со своих баз в Таджикистане.
Но когда Соединенные Штаты начали в 2001 г. военные действия в Афганистане, боеспособность ИДУ существенно ослабла. США и их союзникам по коалиции удалось уничтожить основную часть ИДУ, однако движение сохранило свое наследие, создав прецедент исламской альтернативы авторитарным режимам Центральной Азии. В связи с этим власти центральноазиатских государств усилили репрессии против ислама и политической оппозиции в регионе. Типичным примером такого наследия стала андижанская бойня в 2005 г.
В протестах в Андижане приняли участие местные жители, требовавшие лучшей работы, образования и государственных услуг, и исламские боевики, бросившие вызов узбекскому режиму. Узбекские власти ввели войска и жестоко подавили протесты, расстреляв более тысячи человек. С тех пор в Узбекистане сохраняется непрочный мир. Но после недавней кончины самовластного узбекского руководителя Ислама Каримова у многих возникла обеспокоенность в связи с тем, что последствия Андижана могут вылиться в новую волну насилия. Однако даже если удастся сохранить стабильность, ИГИЛ все равно будет без проблем вербовать новых боевиков среди недовольного населения.
Когда были объявлены вне закона исламистские политические партии и организации типа “Хизб ут-Тахрир”, которая провозгласила в качестве цели мирное создание халифата в Центральной Азии, это подтолкнуло многих молодых жителей Центральной Азии в объятия радикалов, действовавших в подполье. Оказалось, что сопротивление во имя ислама в меньшей степени связано с религией и в гораздо большей с безнадежностью, отчаянием и недовольством жестокой и некомпетентной властью. Отказ государств Центральной Азии от политических и экономических реформ, а также их нежелание ослабить контроль над исламскими политическими партиями и организациями могут усилить разжигаемый ИГИЛ конфликт в регионе и привести к увеличению числа терактов, осуществляемых его жителями за рубежом. Недавние события в Стамбуле четко показали, что завербованные ИГИЛ граждане центральноазиатских стран уезжают оттуда на войну в Сирию и Турцию.
В качестве первого шага в борьбе против ИГИЛ государства Центральной Азии должны перестроить разрушенную систему образования в регионе. Кроме того, хотя реформы там идут медленно, лидерам центральноазиатских стран необходимо открыть политическую арену для оппозиционных организаций и перебороть системную коррупцию.
Великолепная когда-то советская система образования после распада СССР в 1991 г. начала разваливаться, пораженная мощной коррупцией. Ее характерными чертами стали недостаточно подготовленные учителя, получающие низкую зарплату, ветшающие школы, устаревшие учебные материалы и повсеместное взяточничество. В результате появились низкоквалифицированные кадры, использующие для продвижения по карьерной лестнице связи и покровительство. Как следствие, слабо образованная молодежь Центральной Азии стала уязвима для экстремистской риторики и все чаще надеется ощутить свою значимость и найти средства для существования в рядах ИГИЛ.
Чтобы исправить ситуацию, странам Центральной Азии следует направить часть своих немалых доходов от эксплуатации природных ресурсов на перестройку образовательной инфраструктуры, и как минимум повысить зарплаты учителям, чтобы было меньше взяток.
Важны и политические реформы, так как государства Центральной Азии сталкиваются с угрозой со стороны ИГИЛ. Фиона Хилл из Института Брукингса уже более 10 лет выступает с предостережениями в адрес Конгресса, заявляя: “Объективный и вдумчивый анализ причин религиозного экстремизма, а также долговременная решимость оказывать помощь, осуществлять координацию и ситуационное планирование это единственно возможное решение проблем Центральной Азии и способ достижения успеха в войне с терроризмом в данном регионе”.
Пока власти центральноазиатского региона будут игнорировать бедственное положение своего населения, оно будет все чаще пополнять ряды ИГИЛ и осуществлять теракты за рубежом. Известный пакистанский журналист Ахмед Рашид еще 17 лет назад указывал международному сообществу на необходимость понять, что “будущее Центральной Азии может повлиять на будущее остального мира”. Сегодня это верно как никогда. Спросите об этом жителей Стамбула».
 
 
№ 5
 
В распоряжении австрийской газеты «Die Presse» оказался сверхсекретный документ Разведывательного и ситуационного центра Евросоюза (EUINTCEN), содержание которого противоречит официальной версии Анкары: по мнению европейских экспертов, «в высшей степени маловероятно», что живущий в американской ссылке проповедник Фетхулах Гюлен «играл роль в попытке государственного переворота» в Турции. На эту тему — статья Михаэля Лачински.
 
 
«По официальной версии Анкары, после того как сторонники исламистского проповедника Гюлена в рядах вооруженных сил Турции 15 июля 2016 г. совершили неудачную попытку свержения законной власти в стране, президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган был вынужден действовать и инициировал волну зачисток в государственных ведомствах. Продолжающаяся уже не первый месяц “охота на ведьм” — не что иное, как реакция на остающуюся всё еще актуальной угрозу насильственного свержения власти в стране, гласит официальная версия».
«Эксперты EUINTCEN, опираясь на данные спецслужб, через несколько месяцев после попытки переворота пришли к выводу, что путч был подготовлен не только соратниками “гюленистов”, но и представителями таких групп, как “кемалисты”, и при посредничестве других противников правящей Партии справедливости и развития (AKP)».
«По оценкам европейских экспертов, причиной путча стало не столько стремление к переменам, сколько страх перед тюрьмой. По некоторым данным, Национальная разведывательная организация Турции (MIT) планировала проведение крупномасштабных зачисток в августе 2016 г., первые задержания должны были пройти в июле. Если выводы аналитиков верны, то путч стал панической реакцией представителей офицерского состава, которые хотели предотвратить собственный арест».
«Ни для кого не секрет, что движение вокруг проповедника Гюлена стало подходящим козлом отпущения для президента Эрдогана. EUINTCEN уже в конце прошлого лета предупреждал, что попытка госпереворота в Турции может стать отличным предлогом для консолидации и расширения президентом своих полномочий».
«Попытка переворота стала спусковым механизмом для начала волны зачисток, которая планировалась заранее. Доказательством становится тот факт, что в списках разыскиваемых лиц, подготовленных MIT, значились не только “гюленисты”, но представители гражданского общества, критикующие правящую партию».
«Прикрываясь зачистками, президент Эрдоган намерен добиться изменений в конституции и превратить Турцию в президентскую республику с расширенными полномочиями для главы государства. Это — и право назначать большинство судей Конституционного суда, назначать и снимать с должности членов правительства, и право передавать законопроекты на переработку в парламент и подписывать декреты, вплоть до совмещения полномочий президента и премьер-министра».
 
 
№ 6
 
Корреспондент общенациональной швейцарской ежедневной газеты «Tages anzeiger» рассказал, чем ответили американские спецназовцы, столкнувшиеся со зверствами террористов.
 
 
«История берет свое начало 4 марта 2002 г., когда американский “морской котик” Нейл Робертс был застрелен боевиками “Аль-Каиды”. После убийства беспилотник зафиксировал, как один из боевиков попытался обезглавить убитого Робертса, и именно это серьезно травмировало “котиков”, подтолкнув их к аналогичным преступлениям.
В итоге в последующие годы среди американских военных в моду вошли видео, которые один бывший американский спецназовец назвал “военным порно”.
Подобные небольшие видео, как правило, показывают истекающих кровью врагов. Также с 2004 г. популярность получило так называемое canoeing, или стрельба в лоб с последующим расколом черепа. Более того, американские котики не только разделывали топорами трупы талибов, но и снимали с них кожу, сохраняя ее в качестве трофея. Армейское руководство знало об этой практике, но спускало с рук».
 
 
№ 7
 
Бенуа Фокон и Ахмед аль-Омран публикуют в ведущем деловом американском издании «The Wall Street Journal» результаты своего расследования, делая вывод: «Исламское государство» наращивает продажи нефти и газа режиму Асада.
 
 
«ИГИЛ обеспечивает правительство жизненно важным ресурсом — топливом, а взамен получает наличные деньги, в которых отчаянно нуждается».
«То, что режим осуществляет эти закупки, помогает поддержать “Исламское государство” в период, когда на эту вооруженную группировку оказывается беспрецедентное давление военными методами и в Сирии, и в Ираке. Это также помогает группировке, хотя сирийский режим уверяет, что стремится ее уничтожить при содействии своих основных союзников — России и Ирана».
«Официальные лица утверждают: продажа нефти и газа режиму Асада теперь — крупнейший источник дохода для “Исламского государства” взамен былой выручки, которую группировка получала, взимая пошлины за транзит товаров и налоги с зарплат на подконтрольной ей территории. Информация, которой располагают эти лица, получена при отслеживании маршрутов бензовозов: теперь они везут нефть не в Турцию и Ирак, а в Сирию».
«“Сирийский режим оказывает поддержку доходам и выработке энергии ИГИЛ”, — заявил сотрудник Госдепартамента США Амос Хохстейн. По утверждениям западных официальных лиц, режим Асада не расплатился с ИГИЛ за газ в срок. Эти лица подозревают, что 8 января “Исламское государство” взорвало в Сирии газогенераторную установку, дабы таким образом потребовать внесения платы».
«По словам сотрудников западных ведомств безопасности, в последние недели Россия и Иран уменьшили поставки дешевого газа, на котором работали сирийские электростанции, поэтому у режима возросла потребность в других источниках нефти и особенно природного газа».