«Дать на веру»

    bez_zagolovka1.png

    ИСЛАМСКИЙ БАНКИНГ КАК ОДНА ИЗ ФОРМ ПРИВЛЕЧЕНИЯ ИНВЕСТИЦИЙ В РОССИЮ

     
    На прошлой неделе в Казани на базе Российского исламского института прошел семинар по исламскому банкингу: экономисты обсудили нюансы исламской экономики и законы в сфере финансов, чтобы исламский банкинг было проще и быстрее внедрить в России. Это первое за последние четыре года масштабное мероприятие, посвященное вопросу исламских финансов в стране.
     
    Надо заметить, что время и место для его проведения выбраны не случайно. Как пояснил «Совершенно секретно» инициатор семинара, один из главных в стране идеологов внедрения исламского банкинга в России, руководитель Агентства инвестиционного развития Республики Татарстан (АИР РТ)  Линар Якупов, сегодня в связи с санкциями и украинским кризисом при ограниченности возможностей привлечения западных средств, исламский банкинг становится очень даже привлекательным инструментом, который позволит задействовать как внутренние резервы (средства граждан, которые по этическим соображениям не хотят держать вклады в традиционных банках), так и внешние (инвестиции стран Персидского залива). В Татарстане же уже с начала 2000-х предпринято немало шагов в этом направлении.
     
    ДЕНЬГИ ПАХНУТ
     
    Итак, что такое исламский банкинг и какие преимущества он сулит России? В новейшей истории исламский банкинг появился в Египте в начале 60-х годов прошлого века. По сути, это были крестьянские кассы взаимопомощи, организованные при участии экономиста Ахмада аль-Наджара, позднее сформировавшего «Мит Гамр банк». До настоящего времени Ближний Восток и Малайзия остаются крупнейшими мировыми центрами исламского банкинга. В Европе таким центром является Лондон, там действуют несколько исламских банков и исламских окон.
     
    В основе исламской экономики лежат принципы шариата (совокупность норм ислама), в частности – отказ от ростовщичества, процентов и ссуд. Политолог, председатель Исламского комитета России Гейдар Джемаль употребляет в отношении исламского банкинга такое понятие, как «проектное инвестирование», или совместное участие банка и клиента в рисках проекта и прибыли.
     
    Главная установка ислама – не допустить игр со временем и не допустить закладывания времени, особенно будущего, еще не прожитого времени, в пользу каких-то спекулянтов сегодня, – поясняет политолог. – Ну, в частности, например, существует запрет на продажу урожая пшеницы, который еще не выращен, что является обычным делом на Западе. –
     
    Цель западных банков при ссуде не товар, а рост денег, поэтому ссуду выдают на любой вид потребительских товаров. Цель исламского банка – товар, деньги – только инструмент. Товар должен соответствовать исламским требованиям морали. Поэтому круг товаров, финансируемых исламскими банками, значительно уже круга товаров, финансируемых западными ссудными банками.
     
    Исламская экономика стоит на той позиции, что деньги пахнут. Например, вы не можете пользоваться деньгами, полученными от алкоголя, даже если этот алкоголь продан пьющим немусульманам, – говорит Джемаль. – Вы не имеете права и пользоваться этими деньгами от алкоголя. –
    Для проведения беспроцентных сделок используется такой популярный инструмент, как мурабаха – это торговое соглашение, при котором продавец прямо указывает затраты, понесенные им на продаваемые товары, и продает их другому лицу (покупателю) с наценкой к первоначальной стоимости, которая заранее известна покупателю.
     
    Существует также исламский эквивалент облигаций – сукук. Так как, согласно шариату, традиционные облигации с фиксированной доходностью недопустимы, сукук обеспечивает негарантированный доход за счет прибыли финансируемого мероприятия, то есть является целевым.
    Такафул – это система страхования, в основе которой находится механизм распределения прибылей и убытков между участниками и оператором. В рамках такафула страхователи могут претендовать на часть прибыли страховщика от уплаченных средств за вычетом издержек.
     
    Примером может служить страхование автотранспорта в Объединенных Арабских Эмиратах. Там владелец автомобиля, произведя уплату страховой премии, становится акционером компании и получает часть ее прибыли по итогам года. В случае если в течение действия договора страховой случай не возникает, при продлении полиса доля страхователя в капитале компании вырастает на сумму новой премии, увеличивая возможные дивиденды.
     
    Для осуществления лизинговых операций в исламской экономике существует иджара – договор, предмет которого определен изначально. Предмет договора должен быть «разрешенным» с точки зрения шариата, он должен быть материальным (чтобы его можно было бы передать/перенести), и он должен иметь фиксированную выплату или арендную плату.
     
    ШАРИАТСКИЕ УХИЩРЕНИЯ
     
    Как пояснил «Совершенно секретно» богослов Фарид-хазрат Салман, до сих пор нет однозначной точки зрения на то, насколько ныне существующая модель исламского банкинга в странах Персидского залива, Западной Европы и в США соответствует нормам ислама.
     
    Я поддерживаю точку зрения всемирно известного мусульманского Университета аль-Азхар в Египте. Сейчас в Египте возникла необходимость расширения Суэцкого канала. Египет в финансовом плане государство не состоятельное, и он объявил продажу акций (сукук) на сбор финансов для проведения работ на Суэцком канале. Возник вопрос экспертной оценки. Аль-Азхар выдал решение, что это соответствует нормам ислама. Потому что одним из принципов ислама является сотрудничество на ниве благочестия и добра. А в случае с каналом проект направлен как раз на благо всего общества – он принесет дивиденды для египетской экономики, даст возможность решить проблемы безработицы в какой-то мере и так далее, – привел пример Салман. 
     
    Однако одновременно другая часть ученых выступила с критикой данного решения аль-Азхара и сказала, что это ростовщичество. И Салман согласен, что все исламские экономические инструменты в какой-то степени являются «ухищрениями». Вот годом ранее, привел он пример, чтобы избежать инфляции, татарстанский туроператор «Идель хадж» впервые в России организовал специальный фонд для накопления средств на хадж – паломничество в Мекку. Что это – ростовщичество или нет?
     
    Но в данном случае я вспоминаю, что в традиционной для татар богословской школе имама Абу Ханифы существует целая глава, которая называется «Шариатские ухищрения». Иногда необходимо выполнить букву и дух той или иной нормы, но, кроме как ухитрившись, это сделать невозможно, – уверен Салман. – При этом, как говорит татарская пословица, и волк остается сытым, и коза остается жива, и капуста, которую поедает коза, не остается невостребованной. То есть выполняются все нормы ислама, при этом осуществляется нормальная экономическая процедура. –
     
    Такого же мнения придерживаются большинство богословов России. И они надеются, что все противоречия, которые могут возникнуть во время развития исламского банкинга в России, будут решены, когда в Татарстане создадут первую и единственную в стране Академию исламских наук. О намерениях ее создать заявило Центральное духовное управление мусульман России. Расположится она на месте древнего городища Болгар, где много веков назад предки татар приняли ислам, в ее стенах богословы начнут разрабатывать единые заключения по всем проблемам, с которыми сталкиваются мусульмане страны в современной жизни.
     
    НЕ КЛАСТЬ ЯЙЦА В ОДНУ КОРЗИНУ
     
    У развития исламского банкинга в России есть как сторонники, так и противники – независимо от национальности и вероисповедания. Гендиректор АНО «Татарская академия управления инновационной экономикой» Ильдар Аблаев уверен, что в современных условиях, когда средства европейских и американских банков становятся недоступны для России, нужно искать выход на другие капиталы.
     
    Все-таки яйца нельзя класть в одну корзину. Надо диверсифицировать свои инвестиции и принимать и арабский, и индийский, и китайский, и латиноамериканский капиталы, – полагает экономист. – Мы разворачиваемся в восточном направлении, и нам надо устанавливать более тесные отношения и с Турцией, и с Ближним Востоком, и с Ираном – это не бедные государства. –
     
    По мнению экспертов, исламские финансовые инструменты в России сегодня могут быть использованы в двух целях. Первая – это мобилизация средств той части населения, которая сегодня свои средства в традиционные банки не несет, не желая заниматься ростовщичеством. Соответственно, их вклады в исламском банке становятся долгосрочными инвестициями. Вторая цель – это инвестиции извне, из исламских стран.
     
    То есть мы говорим как об инвестициях, которые нужно мобилизовать внутри страны, так и об инвестициях, которые можно привлекать извне, используя мусульманский инструментарий, – пояснил Линар Якупов. –
     
    Директор Российского центра исламской экономики и финансов (Российский исламский университет) Ринат Габбасов сказал «Совершенно секретно», что у исламского банкинга появились дополнительные перспективы на территории стран СНГ благодаря Евразийскому экономическому союзу – международному интеграционному экономическому объединению, договор о создании которого на базе Таможенного союза ЕврАзЭС подписан в мае 2014 года (вступит в силу с 1 января 2015 года).
     
    Напомним, в состав союза вошли Россия, Казахстан и Белоруссия. ЕврАзЭС создается для укрепления экономик стран-участниц и «сближения друг с другом», для модернизации и повышения конкурентоспособности стран на мировом рынке. В дальнейшем в союз планируют вступить Армения и Киргизия. И в двух странах союза – Казахстане и Киргизии – работают законы, регулирующие исламские финансы. Отсюда вытекает необходимость и для России создать регулирующий орган для исламских банков, чтобы легче работать со странами-союзницами в едином экономическом пространстве.
     
    Развивать исламский банкинг, считает эксперт, выгодно и для углубленного сотрудничества со странами в рамках БРИК (помимо России, в союз входят Бразилия, Индия, Китай, Южно-Африканская Республика), на которые сейчас ориентируется Россия во внешнеэкономической политике. Заметим, что эти страны уже рассматривают возможность регулирования исламских организаций, а Бразилия уже выпускает исламские продукты.
     
    Ринат Габбасов сообщил данные исследований. Потенциал рынка исламских финансов для стран СНГ составляет $20 млрд только для России – $10 млрд. Согласно данным АИР РТ, глобальный рынок исламских банковских активов к концу 2013 года составлял $1,7 трлн. При этом активы исламских финансовых учреждений в мире растут в среднем на 15 % в год, и по доходности они не уступают традиционным активам. В странах, где исламские финансовые институты активно поддерживаются государством, ежегодный рост исламских финансовых активов достигает 30 %.
     
    Что касается внутренних ресурсов, то спрос, уверяют сторонники исламского банкинга, в России обеспечат такие мусульманские регионы, как Татарстан, Башкортостан, Дагестан, Чеченская Республика, Ингушетия, а также регионы, в которых заметно мусульманское влияние, – Кабардино-Балкария, Адыгея, Поволжье и Урал.
     
    Традиционные регионы мусульманского ареала России сейчас расширяются. В связи с внутренней миграцией новые центры мусульманской общины формируются в Западной Сибири, на уровне становления также Дальний Восток. Активны Москва, Петербург и Екатеринбург. С недавнего времени – также крымские татары, – пояснил Фарид-хазрат Салман. –
     
    Потенциальный спрос на территории СНГ оценивается в размере 60–70 млн мусульман, не считая людей других вероисповеданий и атеистов. То, что исламские финансовые инструменты – это прежде всего альтернативные продукты экономики, а не религия, подчеркивают многие эксперты.
     
    В последнем выступлении Путин сказал о необходимости снижения процентной ставки – особенно для предприятий промышленности малого и среднего бизнеса, – отмечает Ринат Габбасов. – То есть государство фактически говорит об этических финансах. Это и есть исламские финансы. 
     
    «РОССИЯ НЕ МУСУЛЬМАНСКАЯ СТРАНА»
     
    Впрочем, противники исламского банкинга тоже имеют свои аргументы. Начальник управления маркетинговой стратегии и исследований ВТБ24 Дмитрий Лепетиков отмечает, что, учитывая, что Россия – светское государство, и до сих пор мусульмане, так же как и представители других конфессий, активно пользовались услугами традиционных банков, эта ниша вряд ли будет большой.
     
    Ни ЦБ РФ, ни крупные банки России (ВТБ, Сбербанк, Газпромбанк и др.) не скрывают своей политики – деньги они ищут не в исламских финансовых инструментах, а в азиатских банках и в стандартных банковских инструментах, – сказала «Совершенно секретно» гендиректор «Элемте» Закия Шафикова. – Сегодня азиатские банки продают свои деньги на тех же условиях, что и европейские, и американские – примерно под 1–2 % годовых. Это гораздо дешевле, чем мурабаха, и при этом намного проще. –
     
    Кроме того, по ее мнению, исламские финансовые инструменты – это инструменты для очень богатых стран.
     
    Я лично считаю, что мы (Татарстан и Россия в целом) слишком бедны для применения этих инструментов, – говорит Шафикова. – Нас всерьез они (мировые рынки исламских финансов. – Прим. ред.) даже не рассматривают. 
     
    С последним аргументом в корне не согласился Ринат Габбасов. Он привел в пример одну из самых беднейших стран – Бангладеш.
     
    Банкир Мухаммад Юнус получил Нобелевскую премию благодаря развитию исламского микрофинансирования в Бангладеш, – рассказал он. – Этот человек помог низам, бедным крестьянам, которые по уровню жизни намного ниже российских бедняков, встать на ноги при помощи беспроцентного исламского микрофинансирования. –
     
    ЧТО СДЕЛАЛ ТАТАРСТАН?
     
    В России первым, еще в 2005–2006 годах, анонсировал выпуск сукук банк ВТБ, однако проект не состоялся из-за того, что новая бумага не соответствовала нормам российского финансового законодательства (по другим данным, эмиссии помешал кризис 2008 года). Руководство Татарстана планировало эмиссию сукук еще в конце 2010 года и даже подписало протокол о намерениях с известными малайзийскими фондами, все эти годы команда Якупова обещала запустить этот продукт объемом $200 млн. Подбирались самые различные варианты инвестирования, включая проект экспоцентра. Однако размещение бумаг до сих пор не состоялось. Как пояснил сегодня Линар Якупов, эта тема в Татарстане не отложена, и связывают ее прежде всего со строительством города-спутника Казани – «СМАРТ Сити Казань».
     
    «Самое главное для сукук – это актив, – сказал он. – Он у нас в наличии имеется. Сейчас это больше вопрос технического характера».
     
    Планы по эмиссии облигаций сукук перенесены на 2015 год. Планируемый объем – $200 млн. Актив, под который будут выпущены облигации, – один из микрорайонов «СМАРТ Сити».
     
    Возможно, заметил Якупов, это будет сделано на основе опыта одного из крупнейших казанских банков «АК Барс», который уже с 2011 года привлекает средства в рамках мурабах. В 2011 году этот банк закрыл первую в СНГ сделку мурабаха по привлечению синдицированного финансирования на один год на $60 млн. В 2013 году он привлек $100 млн. А в 2013 году банк привлек с помощью инструмента мурабаха также сумму $100 млн по ставке 5,37 %. При этом в основе механизмов, используемых банком «АК Барс» лежит торговля драгоценными металлами, не запрещенная в исламской экономике.
     
    ЧЕТЫРЕ ПЛЮС ДВА
     
    Татарстан сегодня является одним из самых развитых в плане исламского банкинга регионов РФ. За последние пять лет в республике начали и продолжают работать по принципам шариата четыре компании. Это финансовый дом «Амаль», Евразийская лизинговая компания (ЕЛК), Татарстанская международная инвестиционная компания (ЗАО «ТМИК») и представительство немецкой страховой компании Allianz. Всего на сегодняшний день в этих структурах, включая отделение банка «АК Барс», работают на постоянной основе по тематике исламских финансов 64 человека.
     
    «То есть за последние пять лет сформировался костяк этой индустрии, и эти люди четко могут на своем опыте сказать, как они могут работать в современных условиях, как не могут, какие ограничения у них есть и так далее», – пояснил глава Агентства инвестиционного развития РТ. 
     
    Остановимся на опыте некоторых из них. Как рассказал «Совершенно секретно» генеральный директор ЕЛК Айрат Ганиев, компания была учреждена в 2012 году Татарстанской международной инвестиционной компанией (ТМИК), которая, в свою очередь, была основана в июле 2010 года Исламским банком развития и двумя организациями, принадлежащими правительству РТ: Инвестиционно-венчурный фонд РТ и Дирекция внебюджетных программ развития города, а также пятью компаниями из исламских стран.
     
    ЕЛК была создана как первая в России компания для предоставления лизинговых решений в соответствии с исламскими финансовыми принципами сектору малого и среднего бизнеса как в Татарстане, так и во всей России. Договоры финансовой аренды компания составляет на основе иджары, при этом она не может финансироваться в традиционных банках и привлекает средства только от других исламских организаций. В связи с этим за последний год ЕЛК были привлечены инвестиции из Турции, Казахстана, Южной Кореи и Азербайджана.
     
    «Вся сумма неустойки (которая может быть взыскана с лизингополучателя, например, в случае просрочки уплаты лизинговых платежей) в полном объеме передается на благотворительные нужды», – отметил Ганиев. 
     
    Генеральный директор финансового дома «Амаль» Рашид Низамеев рассказал «Совершенно секретно», что компаний, подобных его, в России еще две – в Дагестане. «Амаль» была создана в 2011 году, и сегодня ее ежегодный рост – на уровне 30–40 %. При этом стабильная доходность инвесторов «Амаль» составляет 15,5 %. Компания дает возможность как вложить средства (доходы инвестора зависят от прибыльности компании), так и получить их (опосредованно, через покупку актива). Также работают представительства «Амаль» в Москве, Уфе и Ижевске.
     
    «Большинство наших клиентов – мусульмане – это физлица и юрлица (средний и малый бизнес, работающий в секторе реальной экономики), – рассказал Низамеев. – Недавно у нас появился православный клиент. Есть и абсолютно светские клиенты».
     
    По его словам, получателей средств привлекает то, что компания берет на себя больше рисков, а значит, часть рисков снимает с получателя финансирования. Это, считает он, главное конкурентное преимущество исламского банкинга. В частности, компания не начисляет пени за просрочку.
     
    Причем, заметил он, решения о том, как правильно поступить, принимаются в компании коллегиально. Конечно, есть и другая сторона такого этичного подхода к финансовым отношениям с клиентами – это консервативность. «Мы не так активно размещаем средства и не выдаем их всем подряд, дотошно — изучаем бизнес-проекты и возможности клиента», – подчеркнул Низамеев.
     
    К ВОПРОСУ О ВРЕМЕНИ, ИЛИ КАПЛЯ ДЕГТЯ
     
    Ведущий аналитик Научно-исследовательского центра Олега Григорьева «Неокономика» Анна Кузьмина считает, что в ближайшие годы исламский банкинг в России будет развиваться только локально.
     
    Рынок Казани с работающими исламскими банками – хороший пример такого развития. Даже в кризис наблюдался рост. Но на всю Россию этот процесс пока вряд ли будет распространен, – полагает она. – Слишком много сегодня глобальных задач, с которыми приходится сталкиваться нашей финансовой системе, включая и ее регулятора. –
     
    По ее словам, все усугубляется общей отсталостью финансового рынка России от зарубежных рынков (в том числе от Англии, которая сейчас претендует на лидерство по исламским финансам, и от рынка Малайзии – сегодняшнего лидера исламского финансирования).
     
    Да, за 20 лет Россия прошла очень серьезный путь, и наш банкинг приблизился к западному. Российские банки пустили на иностранные рынки. Они стали активно занимать за рубежом, что дало дополнительный приток ликвидности в нашу банковскую систему. Но мы видели, что произошло в 2008 году, – сказала Кузьмина «Совершенно секретно». – Наша зависимость от западного финансирования сыграла с российскими банками злую шутку. И дополнительным негативом в той ситуации послужила неразвитость российской банковской системы. –
     
    В настоящее время, полагает аналитик, когда даже на обычном рынке ликвидность снижается и стоимость фондирования растет, вряд ли рынок с радостью вложит оставшиеся средства в экзотический для него инструмент (какие бы преимущества он в себе не нес).
     
    «В кризис (а именно он сейчас и происходит) инвесторы больше склонны вкладывать в консервативные, знакомые инструменты, о поведении которых у них есть развернутое представление, – полагает она. – О санкциях, которые накладывает на Россию Запад, известно по всему миру. Зачем инвесторам рисковать лишний раз и давать свои деньги представителям страны, которая находится в кризисном положении и от которой совершенно непонятно, чего ждать?»
     
    Еще одним тормозом развития исламских финансов в России, по ее мнению, является и сегодняшняя чистка банковской системы, проводимая Центральным банком. После процессов, которые сейчас происходят, в России останутся только крупнейшие банки, сумевшие обеспечить себе «хорошую» репутацию в глазах регулятора. Остальные рано или поздно уйдут с рынка.
     
    Поэтому серьезно заниматься вопросами внедрения исламского банкинга у Банка России просто нет времени. Это не первоочередная задача, – полагает аналитик. – Возможно, в недалеком будущем он еще вернется к этому, но явно не сейчас. На повестке стоят более масштабные вопросы. –
     
     

     

    Автор: Наталия Фёдорова

    Название материала: «Дать на веру» (Статья о таком явлении как исламский банкинг: его прошлое, настоящее и будущее. Принципы этических финансов в исламе)

    Дата публикации: 30 сентября 2014 г. Издание: международная общественно-политическая газета «Совершенно секретно»

    Ссылка на публикацию: http://www.sovsekretno.ru/articles/id/4361/