Советник Министра нефти и газа Республики Судан Абдельзахир Мохамед Абдельзахир, в интервью главному редактору сайта Группы Екатерине Подколзиной рассказал о наиболее перспективных направлениях сотрудничества Москвы и Хартума, а также о том, чем Судан интересен зарубежным туристам.

Расскажите о совместных проектах России и Судана?

Недавно мы встречались с 18 компаниями из нефтегазового сектора России и рассказали о наших инвестиционных возможностях. Это касается как разведки и добычи нефти, так и ее доставки по трубопроводам и дальнейшей переработки. У нас есть 16 незанятых блоков, где нефть еще пока не добывается, и еще шесть блоков, где лицензии уже выданы – на пяти из них добыча уже ведется, на шестом нефть начнут добывать в ближайшее время.

Так что российские компании могут либо присоединиться к компаниям, которые уже купили лицензии, либо – самостоятельно или в консорциуме – купить лицензию на свободные участки.

Мы также планируем строительство перерабатывающего завода и нефтехимических предприятий в Порт-Судане, а также трубопровода из Порт-Судана до восточной части страны. У нас уже имеются три трубопровода. У нас самая длинная трубопроводная сеть в Африке.

Какова длина трубопроводов?

Протяженность трубопровода с юго-востока на восток составляет 1 500 км, другого трубопровода с юго-востока на север – 1 100 км, еще есть 700-километровый отрезок примерно оттуда же до Хартума. Всего почти 3 000 км. Важно отметить, что большая часть новых месторождений расположена рядом с этими трубопроводами. Это очень удобно для инвесторов, им не нужно тратить свои средства на прокладку трубопровода, в крайнем случае, нужно будет построить небольшой отрезок от месторождения до основной трубы. Это очень важный элемент инфраструктуры для инвесторов, плюс цены на нефть поднялись, поэтому сейчас, на наш взгляд, сложилась очень благоприятная конъюнктура для иностранных инвесторов.

Российские компании занимаются добычей нефти уже 150 лет. Понадобится ли вам их опыт и знания?

Мы заинтересованы в трех областях. Нам нужны эксперты и знания. Разумеется, у нас есть и свои специалисты, но при этом у нас есть и пробелы. Кроме того, мы нуждаемся в современных технологиях. Легкодоступную нефть мы уже разведали, а извлечение труднодоступной нефти требует технологий более высокого уровня, более глубоких знаний и более богатого опыта. Мы рассматриваем Россию как очень важного партнера в этом отношении. Они начали добывать нефть 150 лет назад, мы же еще, можно сказать, молоды по сравнению с ними.

Каковы перспективы развития сотрудничества в этом секторе?

Перспективы есть в двух областях – разведке и производстве углеводородов. Показатель нефтеотдачи пока не очень высокий. Коэффициент извлечения составляет менее четверти – иногда 23%, а то и 14-17%. Новые технологии могут повысить этот показатель до 50%. Это значит, что мы сможем добывать больше нефти и на существующих месторождениях.

Кроме того, у нас по-прежнему остались неразведенные запасы нефти и газа. Для этого тоже нужны новые технологии.

У России прекрасные центры подготовки, которыми мы надеемся воспользоваться для повышения квалификации наших специалистов.

Но все это мы надеемся реализовать в будущем. Пока совместных проектов в этой области у нас нет. Только недавно мы начали предметные переговоры по поводу нефтехимических заводов в Порт-Судане. Уже год ведутся обсуждения в рамках проекта по утилизации попутного нефтяного газа и переработке его в сжиженный углеводородный газ. Мы находимся на стадии окончательного оформления соглашения.

Кроме того, недавно мы говорили с российской стороной о месторождениях газа в Красном море. Их открыли еще в 1970-х, но с тех ими никто не занимался. Мы пригласили АО «Росгеология» в Судан для обсуждения вариантов утилизации газа и использовании его для выработки электроэнергии. Мы приняли их предложение в целом и сейчас обсуждаем подробности соглашения.

Это положит начало российско-суданскому сотрудничеству в этой области. Речь идет о прорывном проекте. Его успех станет стимулом для других российских инвесторов.

С какими зарубежными партнерами Судан работает в настоящее время?

Среди наших партнеров – CNPC из Китая, ONGC из Индии, Petronas из Малайзии. Эти три компании начали разработку нефти в Судане еще в 1997 году.

Более 20 лет назад?

Собственно добыча нефти началась в 1999 году. Эти три компании с тех пор являются основными партнерами на сегодня. Сейчас у правительства в распоряжении имеются незадействованные участки – Блок 17, Блок 25, Блок 2Б и другие. Они находятся полностью в собственности правительства. Поэтому мы приглашаем новых инвесторов, в том числе и из России.

Партнерство в какой из двух потенциально перспективных отраслей лично Вам кажется наиболее выгодным – нефтяной или газовой?

Запасы нефти у нас более масштабные, чем запасы газа. Их недостаточно для экспорта, мы не сможем конкурировать, скажем, с Катаром. Так что более выгодным будет сотрудничество в нефтяной отрасли.

Повлиял ли на развитие взаимоотношений между Москвой и Хартумом прошлогодний визит Президента Омара аль-Башира в Россию?

Визит президента придал новый импульс нашим взаимоотношениям, и наша недавняя встреча с потенциальными инвесторами – одно из следствий этого визита. Сейчас мы разрабатываем инвестиционные планы в сельском хозяйстве и туристической отрасли.

Это ваша первая поездка в Россию?

Впервые я посетил Россию в 2008 году, 10 лет назад. Это была короткая поездка – на 2-3 дня – для обсуждения возможного использования космических спутников для разведки месторождений нефти. Так что сейчас я приехал во второй раз.

Мы слышали о пирамидах, которые древнее египетских… Но про них мало кто знает.

Это наше упущение. Нам надо активнее их рекламировать. Некоторые люди даже отказываются верить, что эти пирамиды древнее египетских. В целом можно сказать, что такой аспект сотрудничество может стать для Судана очень прибыльным. Надо признать, что инфраструктура пока еще не готова до конца, так что этой отрасли требуются инвестиции…

Считаете ли вы наращивание сотрудничества Москвы и Хартума успешным примером стратегического партнерства России с Исламским миром?

Разумеется, первый успех послужит примером и толчком для других. Мы с нетерпением ждем начала совместной деятельности с российскими предприятиями. В молодости – в середине 1970-х – после окончания университета я был задействован на одном из таких проектов с российской стороной. Мы занимались разведкой минеральных ископаемых на побережье Красного моря. Это огромная территория – от границы с Египтом до границы с Эфиопией. У нас было много успешных совместных команд и проектов. Я работал рука об руку с русскими специалистами. Я надеюсь, что сейчас мы сможем наладить сотрудничество на таком же высоком уровне.