С удовольствием приезжаю в Москву и общаюсь с этим замечательным собранием, с нашей Группой, и также общаюсь с представителями российского правительства по вопросам, которыми я занимаюсь, касающимися борьбы с ИГИЛ в Сирии.

              _________________

Я хотел бы поделиться с вами кое-какими соображениями. Я был в Багдаде в 2007 году как специальный посланник Лиги арабских государств, когда был убит Заркави. И там я увидел, насколько выросла роль экстремистов в этой стране.

              _________________

В 2012 году, будучи в Дамаске и представляя там ООН, тогда у меня были эти же впечатления, когда я господину Брахими сообщал в своих донесениях, что так-называемые повстанцы если в начале до 80% составляли люди, дезертировавшие из армии и взявшие в руки оружие, то сейчас практически полностью ряды повстанцев состоят из исламистов, из членов террористических организаций, вроде ИГИЛ и ан-Нусры.

Если говорить об истоках этого кризиса, то прежде всего нужно подумать, что общего в исламском мире, что общего между Сьерра-Леоне и Таджикистаном, например. Исламский мир огромен, в нем так много разных стран. Но до вторжения в Андалусию, до вторжения в Испанию и в период пребывания мавров в Испанию, у нас было множество университетов, и в Кордове. И там всегда было две группы, два течения – фундаменталисты и просвещенные. Наше нынешнее наследие это то, что было написано в те годы. В конце 15 века, просвещённым мусульманам был запрещен доступ в университеты в исламском мире. После этого все катилось по наклонной, пришла эпоха колониализма, и так далее. И вот мы пришли к эпохе сплошных убийств в нашем исламском мире.

              _________________

Вопрос в том, как вообще существовать дальше, потому что вся исламская цивилизация фактически была захвачена небольшой группой, которая выступает от имени всех мусульман.

              _________________

Давайте называть вещи своими именами, не все полтора миллиарда мусульман в мире террористы, но практически все террористы в мире – мусульмане, или, во всяком случае, подавляющее большинство. И то, что мы видим, то, что происходит в странах нашего региона, то, что происходило в Ираке в июне 2014 года, после того как силы ИГИЛ взяли Мосул, для всего международного сообщества это стало сюрпризом, что террористическая группировка смогла захватить огромную территорию, которая по размерам схожа с Великобританией, и там провозгласить халифат. И с этого момента было образованно два военных альянса, две коалиции, которые начали бороться с ИГИЛ. Одна возглавляемая США, а другая Россией. Но действуя реактивно, реагируя на действия ИГИЛ, они не могли одержать победу.

              _________________

И сейчас борьба только силовыми методами не приводит к желаемому результату. Нам нужно понять, какую роль вообще играют сами мусульмане в исламском мире и какую роль здесь играет общественное мнение.

              _________________

Перед нашим регионом стоит много разных проблем: неэффективное управление, коррупция, бедность и так далее. Это касается не всех стран региона одинаково, но, как-бы то ни было , общая ситуация в нашем регионе все ухудшается и ухудшается, начиная с 11 сентября 2001 года с терактов в Нью-Йорке и с войны, которую США начали против Аль-Каиды, вот все тогда пошло по наклонной. Аль-Каида тогда изображалась в те годы как худшее, что может быть в человеческой истории. Если сравнивать с ней сегодняшний ИГИЛ, то Аль-Каида уже кажутся славными ребятами по сравнению.
 
Часто вопрос, который стоит перед многими профессиональными журналистами, это как освещать эти вопросы. Я работал и в Сирии, и в Ираке, и для меня одна из страшных проблем, это именно межобщинная вражда внутри ислама, межконфессиональные конфликты.
 

             _________________

Просто для примера, несколько дней назад было заключено соглашение, так называемое соглашение четырех городов в Сирии, в рамках которого население двух деревень было выслано в окрестности Дамаска, а двух других деревень были переселены в окрестности Идлиба.

             _________________

Я специально узнавал, и мне подтвердили. Люди, которые из Мадаи, Абадании были на 100% суннитами, а из других двух деревень на 100% шиитами. И даже до того, как ИГИЛ получил контроль над этой территорией, там уже вот эти отношения были межконфессиональными. И те, кто пришел туда, это были пакистанцы, афганцы, даже представители Хизбаллы. И когда правительство Сирии решило бомбить деревни занятые повстанцами, многие мои друзья из сирийской армии сказали, что среди пилотов не должны быть сунниты потому, что сунниты отказывались, они уходили бы. То есть, вот эти проблемы, вот это разделение постоянное между суннитами и шиитами, куда мы зайдем, если будем постоянно вот так жить.
 
Мне кажется, что если мы не будем заниматься реальными проблемами и задачами, как развить, выработать внутри исламского мира культуру взаимоуважения, как решить проблему неэффективного государственного управления, как решить проблему переходного периода. Не то, чтобы конференции подобного рода не помогали, они полезны, конечно. Но, к сожалению, в реальности все идет хуже и хуже. Спасибо.
 
Больше материалов по теме: